Помещения центрального вокзала с проходящими под ним подземными железнодорожными путями, не претендующие на монументальность, подобны сооружениям этого типа, запроектированным позднее Мартом Стамом и молодыми швейцарцами. В своей разбросанности они напоминают планировку школьных улиц, трактованных наподобие сада, и расположение домов на вливающихся друг в друга участках.

Французская архитектура. Помещения центрального вокзала

После того, как Эдуард Эррио стал мэром Лиона, Гарнье удалось осуществить часть своих проектов. Его большие комплексы бетонных зданий-стадион, бойни, больница - определяют внешний вид Лиона. То, что он начал в своей утопии «Индустриального города», он продолжил в своем втором труде, опубликованном в 1919 г. «Большие работы города Лиона» представляют собой замечательное сочетание уже выстроенных, подлежащих постройке и находящихся в работе сооружений.

Постройка больницы Гранж-Бланш (проект и чертежи относятся к 1911 г. а начало постройки - к 1915 г.) долгое время не могла быть закончена. Стадион 1916 г. выстроен в наиболее быстром темпе. Хуже всего обстоит дело, как всегда во Франции, с жилыми домами. Вместо большого квартала, запроектированного в 1920 г. с широким проспектом в 50 м шириной и 5 км длиной, обрамленным крытыми садами, сейчас выстроено пять домов на заброшенном пустыре. При постройке этих домов осуществлены следующие задания: возможно меньше места под вестибюли, маленькие кухни, большие жилые комнаты, маленькие спальни. Несомненно, что Гарнье связан традициями Классицизма, но наряду с эллинистическими веяниями он обладает «строгой манерой», как выразился Эдуард Эррио в похвалу ему в предисловии к «Большим работам». Лучшим ключом к пониманию этого перекрещивания классического монументализма с обращенными в будущее установками могут служить двадцать два павильона госпиталя Гранж-Бланш. К сожалению, Гарнье не изменил несколько застывшей осевой планировки 1910 г. и при окончательном осуществлении своего плана. Отдельные павильоны состоят из тяжелых бетонных стен с очень высокими больничными палатами. При высоко развитой во Франции технике бетонного строительства Гарнье мог позволить себе такую смелость, как изготовление расположенных амфитеатром аудиторий, включая пюпитры со скамьями целиком из бетона. Лифты служат для поднятия выздоравливающих больных в постелях на широкие террасы, в которые обращены крыши. Несмотря на тяжелую трактовку формы в частностях, взаимодействие многих горизонтальных плоскостей, которые кажутся висящими и парящими в воздухе, создает то впечатление, которое должны будут иметь наши города в будущем. Обозревая труды Гарнье, приходишь к заключению, что самым важным его достижением является его утопия «Индустриальный город». Из детальной переработки частей вырастает фантастическая картина. Чувствуется то соединение рационального начала и зрительной интуиции, которое, вероятно, будет характерным для грядущей эпохи.

Постройки Гарнье в своих массах и в своей тяжести отражают еще патетическое жизнеощущение предыдущей эпохи. И тут вина не одной только Академии. Раздвоенность в творчестве присуща всему поколению.

Как наследие XIX века внешне декоративные элементы стоят часто рядом с элементами будущего. В рисунках последних лет Гарнье грезит лавровыми рощами юга.
Подобно этому стоящий на других позициях Ллойд Райт составляет в фантастическом духе проекты зданий и жилых кораблей, прячущихся в складках земли.
Речь идет о переходном поколении архитекторов, в котором живет двойная душа прошлого столетия, обремененного историей, с одной стороны, и идеей конструктивности с другой.

Счетчик