Книги и статьи А. Гутнова, А. Иконникова, Г. Каганова,. А. Раппопорта, А. Рябушина, С. Хаи-Магомедова, В. Хазановой и др. делали свое дело, участвуя в том движении, которое только сейчас открыто и твердо вышло на передовые рубежи развивающейся профессии. Немалую роль сыграли и переводы первоклассных зарубежных ученых, тем более что разрыв между временем первого-издания и временем выхода в свет на русском языке постепенно сокращался с 20 лет и более до нескольких лет.

Комплекс интересов заказчика строительства

Превосходные для своего времени книги К. Линча о городской среде, Р. Арихейма - о психологии восприятия архитектуры, И. Фридмана - о новых концепциях проектной деятельности, Г. Коуэиа - об истории строительной техники также работали на перестройку профессионального сознания и будут работать дальше. Увы, здесь еще немало «долгов» вроде до сих пор отсутствующих для большинства советских читателей книг Л. Мамфорда об истории города, Б. Дзеви - об истории современной архитектуры, Д. Джекобе - об изменении отношения к архитектуре в середине нашего века... Есть и другой тяжкий долг: великая классика архитектурной мысли не переиздавалась с 1940 г.

Сейчас, когда от архитектурной науки уже не требуют, чтобы она поучала архитектора, когда от нее ждут, чтобы она дала архитектору достаточные знания для самообучения, возможно более строгое понимание предпосылок и условий его деятельности, появились определенные надежды на выправление дел в этой сфере. Немало времени пройдет, прежде чем реорганизованный. ВНИИ теории архитектуры и градостроительства станет крепким научным центром с сильными филиалами в ряде городов страны. И все же это - шанс развития.
Однако ни наукой, ни школой, ни практикой жизнь профессии не исчерпывается. Она может нормально развиваться только тогда, когда нет культурной самоизоляции, когда нет диктата, даже преисполненного лучшими намерениями.

Но ведь до последнего времени заказчик мог обратиться только в один из крупных архитектурно-проектных институтов, работающих в системе жесткого планирования и потому обычно не обладающих свободными «мощностями». Значит - очередь, значит - почти нет влияния на того, кто конкретно будет выполнять заказ. При начавшемся переходе па хозрасчет давние противоречия, существовавшие внутри архитектурно-проектного института, обнажились и обострились. Смежники заинтересованы в том, чтобы как можно быстрее выполнить одну работу и перейти к следующей, чтобы уменьшить себестоимость совокупного продукта (проекта). И только архитектор, отстаивающий весь комплекс интересов заказчика, заинтересован в обратном: растянуть срок проектирования настолько, чтобы подготовить исходную информацию как можно полнее, рассмотреть несколько вариантов решения и получить одобрение общественности. Интересы сталкиваются, так сказать, в лоб, а поскольку архитекторы составляют меньшинство и в коллективе института, и в совете трудового коллектива, над архитектурным качеством проекта нависла теперь новая угроза.

Когда конфликт имеет объективный характер и обе его стороны по-своему правы, истина находится отнюдь не посредине, но «над» существующей ситуацией. Значит, нужно так преобразовать исходную ситуацию, чтобы конфликт был снят не формально-демократическим голосованием (оно в таких условиях становится издевательством над здравым смыслом), а радикальным улучшением положения дел. Это возможно и в крупных проектных институтах при их переходе на вторую ступень хозрасчета. В этом случае уже небольшая администрация занята подлинно своим делом - изысканием достаточного количества соответствующих институту заказов. В этом случае станет ненужной громадная система мастерских и отделов с фиксированной численностью сотрудников и должностными окладами.

Счетчик