Франция вела себя до сих пор выжидательное и не только спокойно приспособляла свой барочный сад к потребностям Рококо, но и неоспоримо распространяла свое влияние по всей Европе. Немногие слабые голоса, возвысившиеся против Версаля, как Сен-Симон, были все же выражением протеста против духа Людовика XIV. Первым, выказавшим решительную враждебность к регулярному стилю, был Ложье в своем «Опыте архитектуры», появившемся в 1753 г.

Происхождение ландшафтного сада. Сад в Англии.

Отчет патера Аттирэ, появившийся во Франции в 1747 г., был лишь в 1752 г. переведен на английский язык. У него было достаточно времени оказать свое действие во Франции и подвергнуться сравнению с явившимися из Англии идеями. Тогда с удивлением обнаружили сходство руководящих мыслей; при этом, преклоняясь перед Китаем, совершенно не сомневались в том, что Англия заимствовала всю идею этого нового сада из восхваляемой страны. Франция принялась вводить у себя новый стиль под названием «англо-китайский». Это обозначение не было совершенно неосновательным для второй половины столетия; значительное течение живописного стиля стало приближаться к китайскому; и это не удивительно, так как описания патера Аттирэ вскоре наглядно подтвердились; китайский император не только приказал гравировать изображения своих садов, устроенных по-европейски, но и послал ко французскому двору рисунки других своих садов; иные привозились в Европу путешественниками; эти рисунки гравировались искусными французскими и бельгийскими мастерами с изумительным чувством стиля и рассылались по свету в качестве образцов. Большое французское издание «Англо-китайский сад», появившееся в 1770-1787 гг., приводит наряду со многими европейскими свыше ста превосходных гравюр китайских императорских садов, частью являющихся собственностью французских королей, но в большинстве привезенных шведским посланником Шефером; они определенно предназначены «служить развитию садового искусства, так как каждый знает, что английские сады являются лишь подражанием китайским».

Гравировщики этих листов обладали, во всяком случае, большим чувством стиля, нежели издатели всего собрания, так как в шестнадцати выпусках содержится пестрая смесь всех видов стиля, свидетельствующая о большой неуверенности, господствовавшей тогда во Франции. В одном лишь сказывалось единодушие: нравилось обилие построек в саду. Маленькая книжка, озаглавленная «Книга китайских достижений», приводила образцы новомодных садовых украшений в замысловатом вкусе, который любили называть китайским. Такие альбомы образцов появились потом в Англии, где выступили два брата Хафпени, называвшие себя архитекторами-мебельщиками. Если перелистать эти альбомы, то станет понятным, почему тогда так легко смешивали китайское с готическим: об обоих стилях имели слабое представление. Интерес к готической архитектуре, считавшейся раньше крайней безвкусицей, рождается в Англии довольно рано. Уже в 1747 г. появилась анонимная книга образцов «Готическая архитектура» - в шестидесяти двух таблицах без текста. Но «навесы, портики и павильоны, заканчивающие проспект», страшно похожи на китайские у Хафпени. В обоих стилях сказался вкус к витиеватым, изогнутым линиям, которые применялись повсюду в крышах, балконах, обрамлениях окон и украшениях. Даже Гете называет в «Триумфе чувствительности» искусственные гроты английского сада «китайско-готическими».

Однако настоящее влияние китайского сада на ландшафтный сад в Англии связывается с именем сэра Вильяма Чэмберса. В молодости Чэмберс находился на службе шведской ост-индской компании в Китае. Там он набросал ряд эскизов китайских построек, одежды и т. д., которые он опубликовал уже потом, в 1757 г., с намерением противопоставить псевдокитайским образцам нечто подлинное. После своего возвращения в Европу он долго путешествовал по Италии, чтобы подготовиться к архитектурной деятельности; там он увидал итальянские сады и не смог оторваться от их прелести, подобно Эдисону и Кенту. Чэмберс как англичанин находился под таким влиянием новых мыслей, что не мог не отклонить принципов старого стиля, однако, он сравнил богатство фантазии в южных садах, с одной стороны, и точные или идеализированные описания китайских садов, с другой стороны, и должен был заметить все большее однообразие нового стиля у себя на родине. Эти новые сады казались пустынными из-за молодости новых насаждений, создававшей впечатление бедности, так как именно на пышности покоится главный эффект картины; к тому же не было достаточно сведущих людей, которым была бы по плечу трудная задача создания сада по художественному принципу.

Счетчик